С принятием Федерального закона от 7 июля 2025 года № 214-ФЗ «О внесении изменений в часть четвертую Гражданского кодекса Российской Федерации»[1] был завершен длительный период совершенствования положений о компенсации за нарушения исключительных прав, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ). На необходимость корректировки данных положений неоднократно указывал Конституционный Суд РФ[2], соответствующий законопроект рассматривался в Государственной Думе с 2023 года[3].
При разработке законопроекта предполагалось наряду с общепризнанными проблемами института компенсации за нарушения исключительных прав (отсутствие единых логичных правил для определения размера такой компенсации, несоразмерность компенсации в ряде случаев и возможность ее взыскания при отсутствии вины нарушителей, осуществляющих предпринимательскую деятельность, ограничение судебного усмотрения при определении размера компенсации) предполагалось решить также специфические вопросы, связанные с определением размеров компенсации при множественности нарушений, привлечением нарушителей к солидарной ответственности и многие другие.
Рассмотрение результатов законопроектной деятельности позволяет сделать вывод о том, что на законодательном уровне получилось дать ответы именно на специфические вопросы, прежде всего, за счет значительного усложнения законодательного регулирования, при этом большинство наиболее острых проблем получилось «сгладить», но не решить полностью.
Прежде всего следует отметить, что основные подходы к определению компенсации за нарушение исключительного права в основном остались неизменными: законодательство по-прежнему предусматривает выбор между тремя вариантами ее определения (компенсация в твердом размере, в виде суммы, кратной стоимости контрафактных экземпляров, или суммы, кратной стоимости права использования при сравнимых обстоятельствах).
Не изменился в большинстве случаев также нижний предел взыскиваемой компенсации в твердой сумме (10 тыс. руб.), повышен он был только для нарушений в сфере патентного права (50 тыс. руб.). Верхний предел увеличен в два раза, с 5 млн руб. до 10 млн руб., однако с учетом относительно редких случаев, в которых суды присуждали такую компенсацию в максимальном фиксированном размере, следует ожидать, что взыскание компенсации в соответствии с новым максимальным размером будет нечастым явлением.
При этом в законодательстве по-прежнему оказались не решены две важнейшие проблемы, предопределявшие ранее принятие решений о взыскании несоразмерных компенсаций или об отказе в удовлетворении требований о присуждении компенсации в заявленных правообладателями размерах:
— во-первых, проблема определения соотношения между взыскиваемой компенсацией и размером потенциальных убытков, причиняемых нарушением исключительного права;
— во-вторых, определение случаев и условий привлечения к ответственности в виде взыскания компенсации за нарушения исключительных прав при отсутствии вины нарушителей.
Если в отношении второй проблемы были сделаны некоторые попытки смягчения ранее применявшихся подходов, то решать первую проблему законодатель фактически отказался. Ранее Л.А. Новоселова обосновывала позицию законодателя по отказу от учета возможных убытков при определении размера компенсации принципиальным желанием сохранить штрафной характер ответственности за нарушения исключительных прав для целей общей и частной превенции, оказания превентивного воздействия на нарушителей в целях удержания их от совершения нарушений.[4]
Вместе с тем в законодательстве традиционно сохранилось указание на то, что требование о выплате компенсации может быть предъявлено «вместо возмещения убытков». Однако суд при определении размера компенсации, за исключением случаев определения компенсации в твердой сумме, фактически лишается возможности выйти за пределы предусмотренных законодательством «формул» для ее расчета, которые благодаря законодательным новеллам не отменяются, а только усложняются.
В новой редакции ГК РФ такие «формулы» станут более сложными, что гарантирует также усложнение судебной практики, но вряд ли может полностью исключить в одних случаях возникновение отмеченных выше ситуаций присуждения несоразмерных компенсаций или в других случаях отказа во взыскании компенсаций в размере, способном обеспечить восстановление имущественных потерь правообладателя в полном объеме.
Усложнение судебной практики, несомненно, станет следствием усложнения законодательных положений о компенсации за нарушения исключительных прав.
В общий раздел части четвертой ГК РФ введена посвященная компенсации за нарушения исключительных прав обобщающая статья 1252.1 ГК РФ, которая должна применяться наряду с положениями о компенсациях, предусмотренными в отношении отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации. Новой статьей предусматривается три указанных выше способа расчета компенсации, при этом размеры такой компенсации определяются преимущественно специальными положениями отдельных глав части четвертой ГК РФ.
Суду предоставлены дополнительные, но строго ограниченные полномочия, например, в случаях, если выбранный обратившимся за защитой правообладателем способ расчета компенсации не является применимым к конкретным обстоятельствам нарушения исключительного права, суд вправе взыскать компенсацию в твердом размере. В какой мере данный подход соответствует принципам состязательности процесса и свободе сторон в определении предмета иска, остается неясным. Можно предполагать, что законодатель исходил из необходимости защиты авторов как «слабой стороны» экономических отношений, не обращая при этом внимание на то, что во многих случаях иски предъявляются не авторами, а иными правообладателями, и, кроме того, сами авторы все чаще действуют в качестве экономически полноправных участников отношений по созданию и использованию произведений, в том числе в качестве индивидуальных предпринимателей, в связи с чем вызывает сомнения обоснованность предоставления истцам безусловных преференций, направленных на защиту их интересов за счет вмешательства со стороны суда, возможности по его усмотрению изменить способ расчета компенсации вместо принятия решения об отказе в удовлетворении требований, признанных судом необоснованными.
На законодательном уровне был закреплен ранее выработанный судебной практикой[5] подход о недопустимости рассмотрении в качестве отдельного нарушения тех способов использования, которые объективно необходимы для применения другого способа использования и не имеют самостоятельного экономического значения (п. 5 ст. 1253.1 ГК РФ).
Стремясь ограничить взыскание несоразмерных компенсаций за «невиновные» нарушения исключительных прав при осуществлении предпринимательской деятельности, законодатель в п. 7 ст. 1252 ГК РФ ограничил размер такой компенсации при ее определении в твердой сумме 500 тыс. рублей, но сохранил возможность «кратного» взыскания при определении размера компенсации исходя из стоимости контрафактных экземпляров или прав использования, ограничив ее пределами «от однократной до двукратной стоимости», в то время как ранее применялась исключительно двукратная стоимость.[6]
Таким образом, несмотря на кажущееся смягчение ответственности «невиновных» нарушителей проблема в целом не была решена, сохранилась колоссальная разница в размере компенсации за нарушения исключительных прав при отсутствии вины со стороны нарушителя в зависимости от применяемого способа расчета такой компенсации. Так, издательство, выпустившее книгу, полагаясь на заверения автора о принадлежности ему исключительных прав на произведение, может быть привлечено к ответственности в размере от 100 до 200 процентов стоимости всех выпущенных экземпляров издания (вне зависимости от обычной стоимости прав, дохода издательства или возможного размера причиненных правообладателю убытков), к чему прибавятся еще убытки издательства, связанные с изъятием и уничтожением контрафактных экземпляров. Взыскание причиненных убытков в таком размере в регрессном порядке с автора или иного правообладателя во многих случаях оказывается невозможным.
В Постановлениях Конституционного Суда РФ от 13.12.2016 № 28-П, от 24.07.2020 № 40-П указывалось на необходимость учета при определении размера ответственности степени вины нарушителя, предпринимаемых им мер и проявления им разумной осмотрительности для исключения неправомерного использования.[7] Однако в новом законодательном решении предусмотрено только снижение размера компенсации (в отдельных случаях незначительное) вместо предоставления суду возможности учета дополнительных факторов и создания законодательных ориентиров для реализации таких возможностей.
Не был решен на законодательном уровне также вопрос о недобросовестном предъявлении «серийными истцами» множественных исков о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав, превратившегося для отдельных организаций в особый вид предпринимательской деятельности.[8]
В то же время при причинении правообладателю значительных потенциальных убытков при способах использования, не связанных с созданием большого числа контрафактных экземпляров, возможности правообладателя теперь будут ограничены формальной суммой 500 тыс. руб., если нарушитель сумеет подтвердить суду, что он «не знал и не должен был знать» о том, что его действия приведут к нарушению исключительных прав, например, предъявит суду договор с иным лицом, которого он мог рассматривать в качестве правообладателя.
Для случаев, в которых исключительное право принадлежит нескольким правообладателям, ранее сложившаяся практика присуждения каждому обратившемуся со-правообладателю компенсации в размере, пропорциональном условной «доле» истца, будет изменена, так как согласно п. 6 ст. 1252.1 ГК РФ любой из обратившихся со-правообладателей вправе требовать взыскания компенсации в полном объеме, а затем обязан будет поделиться взысканными средствами с другими со-правообладателями в равных долях или в пропорции, определяемой соглашением между ними.
В противоположной ситуации, при «множественности» нарушителей, когда несколько лиц совершили самостоятельные нарушения исключительного права с использованием одних и тех же контрафактных материальных носителей, суд сможет вынести решение о солидарной выплате ими компенсации, если, по мнению суда, это не приведет к неосновательному обогащению правообладателя. Нарушитель, исполнивший солидарную обязанность по выплате компенсации истцу, получит возможность последующего предъявления регрессных требований к остальным нарушителям пропорционально «вкладу каждого из них в возникновение у правообладателя неблагоприятного имущественного последствия за вычетом доли, падающей на самого такого нарушителя» (п. 8 ст. 1252.1 ГК РФ).
Новые сложные положения установлены п. 4 ст. 1252.1 ГК РФ для случаев множественности нарушений.[9] При одновременном нарушении прав в отношении разных объектов (произведения, товарные знаки), размещенных на одном контрафактном носителе, суд должен взыскать общую компенсацию в специальных пределах. Так, при определении компенсации в твердой сумме ее размер устанавливается исходя из наибольшего размера компенсации за отдельные объекты, при этом компенсации не суммируются, взыскивается только одна «максимизированная» компенсация. Компенсация при множественности нарушений, если она определяется в зависимости от стоимости контрафактных экземпляров, может составлять от 100 до 200 процентов, а в определенных случаях при нарушении исключительных прав на произведения – от 150 до 220 процентов стоимости контрафактных материальных носителей. Аналогичное сложное определение пределов взыскиваемой компенсации предусмотрено при ее расчете исходя из стоимости прав использования произведения.
Отдельные варианты определения компенсации предусмотрены специальными положениями законодательства. Например, минимальный размер компенсаций за удаление информации об авторском праве будет составлять от 1 тыс. руб., максимальный размер — 100 тыс. руб. (ст. 1300 ГК РФ), размер компенсации за обход технических средств защиты предусматривается в пределах от 10 тыс. руб. до 5 млн руб. (ст. 1299 ГК РФ),
Но особенно специфической доработке подверглись положения статьи 1301 ГК РФ, которая для случаев нарушения исключительных прав при обходе технических средств и (или) нарушении требований к информации об авторском праве была дополнена возможностью взыскания компенсации за нарушения исключительных прав в пределах от 11 тыс. руб. до 11 млн руб., либо 220 процентов стоимости контрафактных экземпляров, либо 220 процентов стоимости права использования произведения.
В данных положениях в полной мере проявился, как представляется, формальный подход к конструированию законопроектных норм, свидетельствующий о стремлении разработчиков предлагать решения, основанные на установлении различного рода формальных уровней, пределов, ограничений и коэффициентов для определения размера компенсации вместо выработки общих принципов, руководствуясь которыми суды могли бы проявлять больше самостоятельности в ее определении с учетом особенностей каждого конкретного дела при рассмотрении и учете всех связанных с ним обстоятельств, в том числе с наиболее широкой возможностью учета общих принципов разумности, справедливости и добросовестности.
Несмотря на то, что почти все проблемы применения предыдущих положений о компенсации были обусловлены именно закреплением в законодательстве формального подхода к определению ее размера, совершенствование действующих законодательных положений также почти полностью ограничилось введением дополнительных положений, призванных преимущественно также формально скорректировать применение ранее закрепленного подхода вместо его существенного преобразования.
[1] Новые положения вступают в силу с 4 января 2026 года, спустя 180 дней с даты официального опубликования Федерального закона.
[2] Постановления Конституционного Суда РФ от 13.12.2016 № 28-П, от 13.02.2018 № 8-П, от 24.07.2020 № 40-П, от 14.12.2023 № 57-П.
[3] Законопроект № 348960-8 // https://sozd.duma.gov.ru/bill/348960-8.
[4] Новоселова Л.А. Компенсация за нарушение исключительных прав: основные тенденции развития // Вестник ФИПС. 2024. Т. 3. С. 220-231.
[5] Пункт 56 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»
[6] Иванов Н.В. Компенсация за нарушение исключительного права в виде двукратной стоимости контрафакта и убытки правообладателя // Вестник экономического правосудия Российской Федерации. 2022. № 3. С. 71 — 84.
[7] Поправки в ГК по компенсации за нарушение исключительных прав: вклад Исследовательского центра // Публикация на сайте Исследовательского центра частного права им. С.С. Алексеева при Президенте Российской Федерации / https://privlaw.ru/news/popravki-v-gk-po-kompensatsii-za-narushenie-isklyuchitelnykh-prav-vklad-issledovatelskogo-tsentra/
[8] Серго А.Г. Искусство зарабатывать на искусстве, или Обзор судебной практики по взысканию компенсации за нарушение исключительных прав // Вестник арбитражной практики. 2024. № 2. С. 80 — 86.
[9] Едидович А.М. Анализ новелл в регулировании компенсации за нарушение исключительных прав: множественность нарушений и множественность лиц // Журнал Суда по интеллектуальным правам / https://ipcmagazine.garant.ru/articles/1845833/
